Посвящается 26-ому июля – Дню борьбы с наркокорупцией. «Оперативная разработка».

Мы много спорим о своих правах, о законности. Много рассуждаем о нарушениях наших прав. Но все эти словоизлияния происходят на уютных кухонных посиделках или в скверике, после удачного приобретения и употребления, удавшихся в этот день без эксцессов со стороны блюстителей порядка. Мало кому удавалось проплавать в этом движении без приводов, беспредела и различных фокусов стражей законности. Свои промахи, мы чаще всего, пытаемся решить путём дачи взятки. Даём – берут, брали и брать будут, пока мы будем выступать с позиции виноватого. При этом мы даже не задумываемся, что грубо попираются наши права. Но в нужный момент мы молчим. А потом, отвалив необходимое количество денег за нашу свободу, мы вечерком, зализав раны и «поправив» здоровье умничаем в тесном кругу сподвижников о том, как ловко мы провели ОБНОН, даже не всегда понимая, что Они нас «сделали», а не мы их. Сделали те, кто сыто ест и сладко пьёт за наш с вами счёт. А, иначе, откуда у зелёных лейтенантов за годишку работы в ОБНОНе появляются новые квартиры и дорогие иномарки? Я не из тех, кто считает деньги в чужих карманах. Но это не тот случай. Тут факт на лицо – в их карманах наши с вами денежки.

Проиллюстрирую эту тему небольшим шаржем, говоря языком художника, коим я и являюсь.

Раннее утро. Разбудила меня ширка, стоящая в холодильнике. Крутилась, вертелась, пытаясь продлить дрёму, но бутылочка, стоящая там, на полочке, прогоняла сон и бодрила не слабее холодного душа. Ну, какой тут сон? Вскочила. Быстро совершив отточенный годами ритуал, закурила. Сижу в кресле перед ящиком. В одной руке пульт, в другой сигарета (уже пятая!),которую никак не удаётся выкурить. Прикуриваю, делаю затяжку и… стоп- кадр… окурок дотлевающей сигареты припекает пальцы. Прикуриваю шестую, радуясь факту существования бутылочки, в которой ещё больше половины домашнего раствора, ради которого были потрачены почти все оставшиеся деньги и два дня непосильного труда, связанного с риском. Я заслужила это ничего- неделание хоть пару дней,- убеждала я себя, кутаясь в плед. Снова припекает пальцы. Я ведь не дремала! Встаю, убираю пепел, образовавший замысловатый холмик у моих ног, радуюсь, что на сей раз удалось не пропалить ковёр. Звонит телефон. Это «Печёный». Пару минут можно не слушать, пока облетает шелуха опроса моих делишек и состояния моего здоровья, оголяя зерно истины – причину звонка Печёного. Мне предлагается взять «дела» за смешную цену. Небольшая сумма сейчас и остальные вечером. Заманчивое предложение, но не сейчас. Внутренний хомяк моей лени шепчет: «Ну, на кой тебе это надо? Ехать, встречаться… Тебе ведь хорошо, не будь жадюгой, весь кайф на земле не скупишь. Впрок не наколешься. Будь скромнее. Сильно хорошо – тоже не хорошо» А другой, осторожный зверёк, живущий в моём подсознании, шепчет голосом заговорщика: «Не едь! Это подстава! Тебя примут менты! Ты слышала голос «Печёного»? От него эхо раздавалось. Такое бывает только в кабинете с минимумом мебели, без ковров и штор». Я со своими зверьками сегодня удивительно единогласна. В другие дни мы бы возможно спорили до упаду. Но сегодня мы единодушны. Я отвечаю «Печёному»:

-Не могу. - и ложу трубку.

Иду на кухню, ставлю чайник, завариваю свой любимый, ароматный зелёный чай с соусепом. Снова кресло, ящик и сигарета. Попивая чай, размышляю о том, когда в моей жизни появились эти потешные зверушки. Они пришли на смену живым существам и даже людям. В какой-то отрезок жизненного пути я ещё нуждалась в общении, в друзьях разуверилась, любимые ушли трагически из жизни, родители умерли и даже любимая собака, прожив 17 лет, отправилась в свой собачий рай, к своему собачьему всевышнему. Ведь должны же хорошие собаки удостаиваться заслуженного завершения в конце пути. После очередных похорон и появились в моей жизни эти милые и весёлые зверушки. Человек существо одинокое, он сам приходит в этот мир и покидает его в одиночестве. Это красивая сказка: «Прожить с мужем в любви всю жизнь и умереть в один день».

Мою чайную церемонию с философо-маразматизмами прерывает звонок. Это снова «Печёный». На сей раз он разражается морем дифирамбов моему ЭГО о том, что ни с кем связываться не хочет,кроме меня, что одной мне он верит, даже больше, чем самому себе, что меня можно взять в разведку и ещё что-то там в этом духе. Нагрузил… С трудом вывезла, чтоб не послать. Мои зверушки слушают всё, ехидненько, вопросительно улыбаясь. Даже с советами не лезут, понимают – можно нарваться. Я, набрав в лёгкие воздух, тактично отказываюсь, объясняя, что денег нет даже на эту ничтожную предоплату. Вешаю трубку и поминая мать «Печёного» выливаю в окно остатки остывшего чая. Может хоть покурить удастся? Закуриваю очередную сигарету… Снова пекут пальцы и снова звонит телефон. Угадайте кто? «Мо-о-олча-а-ать!» ору я на ходу зверушкам. «Печёный» на сей раз предлагает «дела» без предоплаты. Расплатиться, мне великодушно позволено вечером и даже, возможно, завтра. Я, матерясь, в сердцах, соглашаюсь. И, уверенная в том, что денег от меня он не увидит никогда, засовываю зверушкам по кляпу в рот и обсуждаю место встречи. Вешаю трубку. Собираюсь. В этом я, как солдат и выхожу на стрелку. В открытые двери за мной проскальзывает моя сладкая парочка. Всю дорогу они скачут вокруг, перебивая друг-друга, пытаются меня вразумить речами о бесплатном сыре и адресе по которому этот сыр можно получить. Понимая, что я на них не введусь, неведомая зверушка с надменным видом изрекает: «Не говори потом, что мы тебя не предупреждали». Тем временем я подъезжаю к месту встречи. Очень людное место у метро. Глазами шарю по лицам и обстановке. Наблюдает ли кто за мной?

Люди снуют вокруг в своих хлопотах. Обеденное время. Я, ожидая, понемногу успокаиваюсь, наслаждаясь весенним солнышком. Подходит «Печёный». Его вид меня несколько обескураживает. Грязный, небритый. Это потом я буду всё прокручивать в голове и трезво оценивать. Сколько помню «Печёного», он всегда следил за собой. Аккуратный, всегда гладко выбрит, безупречно чистый воротничёк, идеально выглаженные стрелки на брюках, до блеска начищенная обувь. Так обычно выглядят наркоманы - сидельцы старой закалки. Сегодня всё в нём не так. Грязный, синяк на скуле, пальцы в ссадинах. И штырь от него такой, что люди шарахаются. Всё это он небрежно объясняет поездкой в село за соломой. Не успел ещё домой заехать, помыться и переодеться. Ну, всякое в жизни бывает. Это потом я поняла, что всё в нём кричало о неделе, проведенной на нарах в райотделе. Он, оглядывая площадь, говорит:

-Идём куда-нибудь в менее людное место.- и ведёт меня через подземный переход в дворы, явно ему знакомые. Списываю это на то, что он местный абориген. Проходим под аркой, сворачиваем в первый открытый подъезд. Поднимаемся , между вторым и третьим этажом, он останавливается, отворачивается, расстёгивает штаны, что-то там колдует и вручает мне двадцатку под завязку наполненную приличного цвета «делами», но при этом обрезанную и запаянную с двух сторон(не сольёшь). Вручает, на ходу застёгивая штаны. С криком «Созвонимся!», он покидает в секунду подъезд. Я пытаясь сообразить, как спрятать понадёжнее это сооружение, слышу тихие звуки поднимающегося по лестнице человека. Я пытаюсь найти место, где возможно спрятать в подъезде баян. Всё просматривается, как на ладони. Шаги неумолимо приближаются, я пытаюсь поставить пальцы на старт для слива, понимаю, что это сделать нереально. Начинаю движение навстречу поднимающемуся. Нас разделяют несколько метров, встречаемся взглядом . Я слышала, как громом раздаются удары моего сердца, понимала: из подъезда меня не выпустят. Ровняемся, он кричит: «Приехали! Стоять!», Заламывает мне руку, сжимая кисть таким образом, чтоб я не скинула баян.Сопротивление бесполезно. Куда мне против этого натасканного пса легавого? Дальше всё по плану: подставные понятые, подтягиваются довольные проделанной работой остальные ОБНОНовцы. Исписывают ворох протоколов. Триумфально двигается процессуальное действие, именуемое у них «ОПЕРАТИВНАЯ РАЗРАБОТКА». В простонародии же это липовое дело, которое они отшлифуют, не придерёшься, подадут в суд, а дальше моя судьба в руках судьи. Пока же есть в резерве у изобретательного ОБНОНа несколько сценариев.

Динамика первого, зависит от моего и моих близких материального состояния, то есть возможности оплатить их ненасытные аппетиты. И второй вариант – в случае моей неплатёжеспособности, ОБНОН по-любому в проигрыше не останется, ведь процент раскрытия преступлений занимает немаловажное место в их работе. А тут за пол дня выслежен, пойман с поличным и обезврежен опасный преступник. Звучат фанфары и на горизонте загораются новые звёзды, летящих прямиком на погоны наших «доблестных борцов с незаконным оборотом наркотиков».

Есть ещё третий вариант, это вам предложат по ходу ваших слёзных возлияний по поводу того, что здоровье у вас слабое, что не выдержите вы кумара в застенках и т. Д. Резонный вопрос и резонный ответ:

-А кого нам садить, если мы тебя отпустим? Нам-то что с этого? Сделай так, чтоб на твоё место село несколько человек и останемся мы друзьями.

Это именно тот сценарий , который «честно»отрабатывал «Печёный». Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Вот я сейчас и являюсь шкуркой, принесенной «Печёным» в жертву правосудию во имя его, «Печёного» свободы. Ещё пару шкурок и гражданин «Печёный» уже вольная птица. Таким образом наблюдается арифметическая прогрессия. Хлопнули одного, а получается минимум двоих и на этом уроды не остановятся. Что же делать нам? Как остановить, исправить ход событий? А если всё же вспомнить, что ты ЧЕЛОВЕК, имеющий права и живущий в государстве, которое держит курс на правовое, европейское законопослушное государство. Скажите проигрышный вариант? Прав тот у кого больше прав? Пока мы будем так думать и поступать, о прогрессе можно только мечтать. А не пора ли начать бороться? Ведь ты не один, есть те, кто тебе помогут. К примеру – есть Отдел Собственной Безопасности при СБУ Украины, который занимается обезвреживанием таких зарвавшихся ментов. А над ОБНОНом есть ещё начальство, с молчаливого согласия которого творится весь беспредел среди тех, кто призван стоять на защите законности. Пока мы сами не выведем на свет весь негатив, мы так и будем прозябать в государстве, которое занимает 6-ое место в мире после Колумбии по коррупции.

• Если тебе, дорогой читатель, интересно, чем закончилась эта»оперативная разработка», отвечу честно- я уехала на 3 года туда, куда менее всего хочется попасть. Так как на взятку у меня денег не было, равно, как и желающих заплатить за меня не нашлось. Увеличивать показатели работы ОБНОНа путём арифметической прогрессии- это не мой метод. Оставим эту грязь «Печёному» и ему подобным. Каждому своё! Вот я и поехала за лагерной романтикой. Зато честно! Это печальная сторона медали, но есть и радостная – Благодаря моим стараниям и активной помощи Отдела Собственной Безопасности при СБУ Украины два опера больше не работают в органах. Мелочь, а приятно!

 Автор: «Художница» Оля

Инъекции гормональных контрацептивов повышают риск заражения ВИЧ-инфекцией? Расставить все точки на "и" попытались учёные из Калифорнийского университета в Беркли (University of California at Berkeley) США. Согласно полученным данным, применение медроксипрогестерона ацетата — инъекционной формы гормональной контрацепции — связано с умеренным повышением риска заражения ВИЧ-инфекцией. Эти выводы опубликованы на страницах журнала «The Lancet».

Калифорнийскими учёными было проведено 12 исследований, в которых были проанализированы данные более тридцати девяти тысяч африканских женщин, активно использовавших разные виды гормональной контрацепции. В следствие этого, было установлено, что риск заражения ВИЧ-инфекцией, при приёме гормональных контрацептивов с действующим веществом "Медроксипрогестерон", по сравнению с другими гормональными контрацептивами либо с полным их отсутствием, повышается риск на 40%. Применение других видов гормональной контрацепции не обусловливало повышения указанного риска.

Но тем не менее, исследовательская группа учёных, подчеркивает невозможность запрета препаратов с "медроксипрогестерона ацетатом", поскольку отсутствие доступа у многих женщин к альтернативным методам контрацепции необратимо спровоцирует увеличение количества нежелательных беременностей. Так как роды во многих развивающихся странах все еще связаны с большой опасностью для жизни, указанные мероприятия могут привести к росту смертности среди женщин. Одновременно необходимо решить вопрос замены препаратов, содержащих это вещество, в группе риска: среди представительниц секс-индустрии и женщин, которые находятся в серодискордантных партнерских отношениях (где один партнер является ВИЧ-положительным, а другой — нет).

"Умеренного повышения риска, наблюдаемого в наших исследованиях - не достаточно, чтобы оправдать полный запрет контрацептивов на основе "медроксипрогестерона ацетатата" для женщин" предостерегает Лорен Ральф, ведущий автор и эпидемиолог из Университета Калифорнии в Беркли.

Сообщает The Lancet (2015)

Study supports link between injectable hormonal contraceptive and HIV risk. ScienceDaily, 9 January (http://www.sciencedaily.com/releases/2015/01/150109045617.htm).